Предыдущий пост традиционно поняли так: «Что же есть, чтобы быть здоровым».
Пост на самом деле был о том, почему нельзя худеть быстро. С помощью нефизиологичных диет типа кето и интервальной.
Несомненно, идеологи оземпика и диет предоставляют исследования, в которых доказывают пользу.
А доказывать надо безопасность. И не краткосрочную, а долгосрочную.
Умение играть в долгую вообще у современного человека атрофировалось.
Нужно «здесь и сейчас». Человек перестал воспринимать себя как часть поколений и совершенно не думает о том, что он передаст своим детям.
Голодающие бабушки породили современное поколение диспластиков. Только потом обнаружили правила эпигенетики.
«Эпи» в термине «эпигенетика» переводится с греческого как «на», «над», «сверх», «после». ДНК в клетках — это не какая-то чистая, беспримесная молекула. На определенных участках ДНК к ней могут добавляться маленькие группы химических соединений. ДНК, кроме того, покрыта специфическими белками. Эти белки, в свою очередь, также могут присоединять к себе белковые группы.
Эти молекулярные корректировки не ведут к изменениям базового генетического кода. Но присоединение групп к ДНК или соответствующим белкам или же их удаление, может вызывать изменения в экспрессии соседствующих генов.
Еда и режим питания — это система программирования: эпигенетика и нутригеномика показывают, что не так важны калории, как состав еды. Пища не просто обеспечивает калориями, а программирует гены. Поэтому в 20 веке вели борьбу не только с национальным календарем праздников народов, но и унифицировали пищу.
В 21 веке решили что голод полезен. Люди 19 века перевернулись в гробу.
«В 2016 году японский клеточный биолог получил Нобелевскую премию по медицине за открытие механизма аутофагии.
Он доказал, что когда человеческий организм остается без пищи в течение 16‑18 часов, у него заканчиваются легкодоступные источники энергии. Чтобы выжить, он начинает искать топливо внутри тела. Он нацеливается на поврежденные клетки, неправильно свернутые белки и стареющие «зомби»-клетки, которые вызывают старение и воспаление».
Во-первых, он это показал на одноклеточных дрожжах. Во‑вторых, организм при отсутствии питания начинает пожирать мышцы.
И с этим сталкиваются все голодающие — самостоятельно или с помощью оземпика.
Армия тренеров стоит рядом и напевает, что «силовые упражнения» сохранят мышцы. Но при голодании организм разрушит связки, соединительнотканные оболочки важнейших органов.
Сохранять работу будут только мозг, сердце и печень. Многие работы по ленинградскому голоду можно еще найти в сетевых библиотеках. Но кто бы их читал?
Вот еще победная реляция. «Среди почти 230 000 человек наблюдалось общее снижение более чем на 40% в 13 видах рака, связанных с ожирением, всего за 2 года наблюдения. Не доказательство причинно-следственной связи, но согласуется со многими недавними сообщениями о связи между препаратами GLP‑1 и меньшим риском рака».
А вот что на самом деле. Двухлетний период наблюдения меньше, чем время предклинического пребывания для раков, связанных с ожирением. Снижение на 40% за это время в основном невозможно.
«Учитывая эти проблемы проектирования клинических испытаний, мы исследуем конкретные проблемы и потенциальные решения при планировании крупномасштабного исследования агониста рецептора GLP‑1 и профилактики рака. Мы признаем, что вмешательство является сложным, вероятно, требует не менее 10 лет вмешательства для конечной точки заболеваемости раком и будет включать поведенческие стратегии для дополнения химиопрофилактики во время вмешательства и поддержания потери веса».
Но люди будут стремится сбросить ненавистные килограммы и утешать себя некачественными «исследованиями».
Снижение веса для получения «здоровья» недостаточно. Это объясняет, почему многие люди, худеющие на кетогенной диете, не видят защиты от рака; поступление ПНЖК из распадающейся жировой ткани продолжает подпитывать рост опухолей.
Перекисные липиды (продукты перекисного окисления липидов) — это поврежденные свободными радикалами жировые молекулы.
Это определение поддерживает «свободнорадикальную теорию старения». В растительные масла льют антиоксиданты, чтобы защитить их от «старения». А теперь подумайте — ведь стареть они могут и в организме…
ПНЖК подавляют окислительный метаболизм, нарушают функцию митохондрий и способствуют воспалению и фиброзу.
Метаболиты арахидоновой кислоты — 4‑гидроксиноненаль (4‑HNE) и 20‑HETE 20‑гидроксиэйкозатетраеновая кислота напрямую нарушают митохондриальный электронный транспорт, увеличивают окислительный стресс и ингибируют синтез АТФ.
Blood multiomics reveal a dysregulated lipid mediator-mitochondrial network associated with the outcome of advanced cirrhosis. В этом исследовании выявили сеть, связывающую митохондриальную дисфункцию с накоплением липидного медиатора 20‑HETE (20‑гидроксиэйкозатетраеновой кислоты), метаболита арахидоновой кислоты (полиненасыщенной жирной кислоты).
Метаболит арахидоновой кислоты 20‑HETE оказывает прямое токсическое воздействие на митохондрии. Эйкозаноиды, образующиеся из арахидоновой кислоты, и их продукты ингибируют комплексы I и III цепи переноса электронов, что приводит к снижению уровня АТФ и увеличению количества АФК. Указанное исследование подтверждает, что 20‑HETE нарушает митохондриальное дыхание и вызывает окислительный стресс.
Вывод. Любую похудательную сессию надо начинать постепенно. Чем постепеннее, тем лучше. Без подвигов эффективности. Как и Душ Алексеева тоже надо начинать постепенно. И даже прием коллагена при отечном синдроме. Поспешишь — людей насмешишь и митохондрии убьешь.
Продолжение завтра.
