Все посты, посвященные тестостерону, были вступлением к теме про старость.
Мужчины хотят «наследника». Мир изменился, хотелка осталась. Наследник чего? Рода? Поместья? Банковского вклада?
На протяжении почти всей истории люди жили большими семьями. Где-то традиция еще осталась, но в целом западное общество теперь имеет семью, состоящую из родителей и детей.
Бабушки и дедушки исчезли из семьи. Бабушки пребывают в стадии «псевдофертильности», из отстраненных отцов получаются так себе дедушки.
Концепция «молодости» пропитала общество. Бабушки и дедушки качаются в спортзалах и проживают «свою лучшую» жизнь. А мужчины продолжают грезить о наследнике. Это как пережиток прошлого уже можно рассматривать.
Ценность старости и рода полностью исчезла. Люди стали однопоколенческими. Никто не думает о прошлых поколениях и о будущих. «Осознанность» в современном понимании — это «жизнь в моменте».
Ценность старости в накоплении знаний, которые могут облегчить жизнь людей.
В начале 20 века появилась антрополог и этнограф Маргарет Мид и припечатала бабушек. Оказывается, теперь мы живем в мире префигуративной культуры.
Это раньше, в примитивной постфигуративной культуре старшие поколения передавали знания и опыт младшим. Поэтому ценность стариков была велика. Род, оставшийся без «памяти», хирел и вырождался. Бабушки помнили чем болели все родственники, как они выглядели и вместе со свахами выбирали тех, кого они примут в род. То есть, отвечали за «наследника». М. Мид назвала это так: «Взрослые не могут представить перемены в будущем и передают потомкам лишь чувство неизменной преемственности жизни».
Маргарет Мид выделила еще фигуративную культуру. Когда дети и взрослые обучаются одновременно. Старшие теряют авторитет. А в постфигуративной культуре вообще никакого авторитета у взрослых быть не может, наоборот, они должны учиться у детей. «Новый опыт становится важнее старого, поэтому носители традиций теряют свою значимость. Старое поколение должно учиться у нового, чтобы соответствовать духу времени. Опыт старших становится не только не нужен, но и может стать тормозом для дальнейшего развития, поэтому новое поколение отбрасывает его совсем».
В мире с такими представлениями прекрасно продаются услуги по «омоложению». Никто не хочет стать ненужным.
Знания о прошлом тоже не нужны, главное — это «пробуждение» и «осознанность». Чем больше стремление к осознанности, тем выше продажи «спасения».
Часто любят отмечать то, как раньше выглядели люди — намного старше. Так раньше было выгодно стать старым, то есть опытным и уважаемым.
До середины 19 века наиболее предпочтительным семейным укладом была неразделенная семья. В ней было несколько семейных пар.
Такая семья в деревне была экономически эффективной: труд на земле требовал много рабочих рук. Подавляющее большинство людей сейчас — это потомки тех крестьян, а не выходцев из аристократии.
В большой семье не нужно было покупать инвентарь для каждой малой семьи отдельно, одни и те же орудия использовались всеми.
Неразделённая крестьянская семья являлась более стабильной. А.Н. Энгельгард в «Письмах из деревни» писал: «Крестьянский двор зажиточен, пока семья велика и состоит из значительного числа рабочих, пока существует хотя какой-нибудь союз семейный, пока земля не разделена и работы производятся сообща».
Идеал патриархальной семьи, где муж работает, а жена красивая и послушная — это выдумка голливудских режиссеров середины 1950-х годов.
Женщина, для того, чтобы выжить в большой семье, старалась стать большухой.
«Спросите любого из здешних крестьян, где лучше работать, в большой ли или в малой семье, он ответит вам всегда одно и тоже: «В большой семье беспример лучше робить». Но предложите крестьянину вопрос:
«А где лучше жить — в большой семье или в маленькой?» И он вам тот час же ответит: "Не приведи бог никому жить в большой семье!». И это еще если не учитывать такие милые традиционные развлечения как снохачество.
Миф о красивой патриархальной семье расползается по швам.
Миф предполагает, что мужчина все решал и стукал ложкой по лбу.
Все на самом деле было куда как сложнее. Женские возрастные определения таковы: девка/девушка (от рождения до замужества), молодка/молодая (от замужества до первого ребенка или до первой дочери), баба (замужняя женщина, но не хозяйка в доме), большуха, хозяйка, «сама». Большаками и большухами становились тогда, когда семья выделялась в отдельное хозяйство.
Этнограф Богаевский П.М. сообщал, что «Женщина, хотя, если она ведет порядок хорошо, может быть самостоятельной большухой, но редко бывает таковой при взрослых мужчинах, членах семьи. Как на очень редкое исключение мне указывали на случай в д. Кварзе, «где девушка, отцова сестра, всем делом правит»». То есть, умение управлять делами и опыт (чего не может быть у молодой женщины) ценились очень высоко.
В любой русской семье жена имела права владения своим личным имуществом, имела собственнические права в отношении не менее чем седьмой частьи движимостей и 1/4 части недвижимого имущества семьи, если оставалась вдовой.
Лишь в области наследственных прав существовал ряд ограничений, хотя даже дочери также имели право на фиксированную часть наследства. Перечисленных прав у европейских женщин того же времени либо вообще не существовало, либо они были меньшими.
Этнографы продолжают кататься по отдаленным племенам, которые еще сохранили свой уклад жизни. И добрались они до народа цимане. Стоит только ввести это слово в поисковик, как выскочит такая статья (или с другим названием): «Тайны народа, у которого нет "старческих" болезней и проблем с сердцем». Связывают это вовсе не с тем, что в традиционном укладе меньше стресса и нет промышленных растительных масел, а с «физической активностью».
Это любимейшие аргументы тренеров и отчаявшихся что-то вылечить врачей. Займитесь спортом, вот цимане…
Цимане, изолированный коренной народ в Боливии, живут охотой и собирательством в лесах, рыбалкой в ручьях и ручной расчисткой земли для выращивания сельскохозяйственных культур. То есть, они вроде бы физически активны. И у мужчин должен быть высокий тестостерон. Спортсмены любят считать себя «высокотестостероновыми». Просто предполагалось, что у мужчин цимане повышен уровень тестостерона для поддержания физической активности, необходимой для выживания каждый день.
Вот, например, от рубки дров тестостерон поднимается. А цимане постоянно в движении.
Но гипотеза существует только до того момента, когда ее опровергли.
«До недавнего времени в литературе, посвящённой тестостерону, основное внимание уделялось спариванию и конкуренции между самцами, — сказал Трамбл, ведущий автор статьи. — Но это слишком упрощённое представление о стратегии жизненного цикла самцов. Здесь гораздо больше нюансов, чем просто конкуренция между самцами. Обеспечение потомства также является важным аспектом поведения самцов. У млекопитающих конкуренция с другими самцами — это ключ к получению доступа к самкам и повышению репродуктивного успеха».
Но люди устроены иначе: выбор женщины играет важную роль, и в большинстве обществ, где люди живут за счёт натурального хозяйства, женщины предпочитают мужчин, которые лучше обеспечивают семью.
Уровень тестостерона сильно зависит от факторов окружающей среды, в том числе от патогенов, паразитов и недостатка пищи. Если вы заболеваете, уровень тестостерона снижается. Если в организм поступает мало энергии, уровень тестостерона снижается. Если в организм поступает недостаточно калорий, уровень тестостерона снижается. Если вы тратите слишком много энергии, уровень тестостерона снижается.
Цимане чаще сталкиваются с паразитами и патогенами и имеют меньше возможностей для обеспечения продовольственной безопасности,
поэтому их телам приходится выбирать между затратами энергии на поддержание хорошего иммунитета и затратами энергии на поддержание высокого уровня тестостерона, который приводит к увеличению мышечной массы. Поддерживать большую мышечную массу дорого, потому что на неё приходится около 20% метаболизма в состоянии покоя у мужчин.
Энергию нужно тратить только на её поддержание, а это не так просто, когда приходится охотиться или добывать себе пищу самостоятельно. Поэтому женщины не выбирают мужчин с большой мышечной массой. Они все будут тратить на себя, а не поддержание жизни «наследника».
Продолжение завтра.
